?

Log in

No account? Create an account
Lamm und Knabe

Андрей Дитцель

вот живу и ничего не делаю

Previous Entry Share Flag Next Entry
Арион /Full Version: Beta Testing
Lamm und Knabe
andrreas

Der Gesang, dem keiner widersteht
/Rilke/


*** остров сирен ***

Помнишь, стояли на крыше в разгар переезда,
глядя в железобетоннопанельную бездну?

Это был наш, не последний, таинственный остров.
Мир под ногами казался нелепым и пёстрым.

Там же, в щелях на неровной поверхности куба
клятвы давали и трахались, наспех и грубо.

Наше - мерцало внизу, - не последнее, море.
Мы отплывали. И так начиналась love story.


*** милый мальчик, ты так весел ***

Пели скрипки, вы плясали (или пела Энни Леннокс?)
Джинсы были уже/выше, а прически чуть длиннее,
Челки с перышками, бляди всех полов, включая средний.
Cпирт, настоянный на клюкве - в местном клубе "Пионер".

Ты раскованный, но гладкий, не даешь, не спишь, динамишь,
не шатаешься по плешкам, покупаешь на кассетах
"Сто классических мелодий" - и наушники в кармашке;
знаешь бардов, дружишь с дочкой академика XX...

Налетели ветры злые - что от этих дней осталось -
Пионерки на парадах, но в Торонто и Берлине.
Гей-парады, лав-парады, - и повсюду наши люди.
Нету клюквенного сока, чтоб хоть чем-то истекать.

Как могли мы доверяться, обжиматься, льнуть друг другу -
неужели мы любили? Может, просто было не с кем?
Под скалою те же гимны я пою, но с хрипотцою.
Ты веселый и красивый, ты бессмысленная вещь.


*** прощай, свободная стихия ***

Трудно дело Ариона, пой пловцам в беспечной вере,
что ни день - стирай портянки, палубу скребком скобли.
Но проспав две ночи в трюме, поборов болезнь морскую,
Арион и бодр, и весел, наш секс-символ и певец.

Вот склонившись к борту, смотрит на свободную стихию,
на души предел желанный, слышит бездны шум и глас (...)
Рыбарей смиренный парус средь зыбей скользит отважно.
Как прекрасен и беспечен тишины вечерний час.

Голубой и синий сверху мир встает над Арионом -
блеск и тень, и говор моря, как же гимны нам не петь.
Так плывет любвеобильный и таинственный при этом
Арион, певец стихии и властитель наших дум.

По Оби и Баргузину, через Понт Эвксинский, дальше
через рейнские пороги северным морским путем...
Марта, рыбка, надо ль плакать, если где-то в кругосветке
лоно волн с налету вихорь истерзает невзначай?


*** nomen appelativum ***

Всякая вещь назовется вещно; всё, что не вещь, назовётся тварью.
Пусть имена не пребудут вечно, истинно благ, кто их дарит.
И вдыхает аниму, речь, психею в день седьмой или даже позже -
изгоняя из рая и боль лелея, обновляя, сдирая кожу.
Постижение ветра моё и голос, обманувший, дохнувший гарью.
Даже если ты и не остров, не полюс - помню, храню, благодарен.



*** the hardest part ***

Пока не призовет поэта к священной жертве Яхве, он,
как Авраам на склоне лета* поёт про свой тестостерон,
не внемлет неба содроганью, качает порно, пьет как пень,
что (!) не вредит его призванью, лишь множит френдoff каждый день.
Мой Арион, содвинем чаши, вакхически поговорим.
Ты - наше всё. Понятно? Наше!** И не пренебрегай мирским.

* юнкер Шмидт из пистолета
** cтупай к Наташе




*** о лебеде исчезнувшем ***

Улица Грaндвег - от центра к окраинам, старые виллы,
здесь вряд ли найти друзей для игр ребенку;
если лишь дальше, в Локштедте, где есть пекарни,
кладбище, почта, барочная церковь со звоном.

Дети в песочницах неподвижны, но это кажется.
Время в Локштедте течет иначе, нужно остановиться,
смотреть, как женщина режет стебли в цветочной лавке,
заказывать кофе - и постепенно подстраиваться.

Ребенок берет лопатку и строит замок,
к нему со скамейки подходит польская няня,
вытирает нос и возвращается на скамейку, к книге.
Двадцать четыре кадра в минуту достигнуты.

В окнах стоят стаканы, вставные челюсти,
безупречные после применения эликсира -
ни остатков пищи, ни сколов, ни пятен...
Эликсир жизни, которая не проходит, теплится.

Дети и старики, продавцы и дворники,
пара случайных взрослых, - кровь отливает утром,
наполняет Грандвег и центр, ветвится,
чтобы вернуться вечером, венозной и скудной.

Я пел здесь гимны, сушил на ветру одежду,
часто ругался с хаусмайстером, недовольным
то грязью от велосипеда на лестнице,
то музыкой по вечерам, то моими гостями.

Скоро каштаны запрыгают по узким улицам,
польют дожди, и автобусы начнут ходить с опозданием.
Это, конечно, ничего не изменит: здесь вечная осень,
и я не вернусь в неё, я не люблю возвращаться.


*** спутнику поэта ***

Юноша бледный со взором горящим,*
ныне даю я тебе,
но послушай:
я, как поэт, не живу настоящим
и не всегда предложу тебе суши.
Если поэт за компьютер спросонок, -
значит, творит. Созидает искусство.

(Все потому, что поэт - как ребенок.
Мой и стирай, утешай и сочувствуй.)

Юноша бледный со взором смущенным,
если ты примешь все эти советы,
будешь и дерзким, и смелым влюбленным, -
знай, лишь тогда осчастливишь поэта!..

*
Юноша бледный с взором горящим,
Трахай поэта почаще




  • 1
вот они, настоящие читатели!

нет..мыф настоящие ПОЧИТАТЕЛИ %-))

Чудно и "веселяще", (о слово, газ какой-то!))) )

Офф: Будет сборник?

на сборник набирается раз в два года... рановато!:)

Умница ты!
И удачной поездки (если я не опоздала))))

спасибо... я еще поработаю и посокращаю:)

kak-to novo dlya tebya, kak mne predstavlyaetsa
no zdorovo

это новый опыт: проверка, что будет, если писать без глушителя:)

Как мило со стороны YHWH, что он пока не требует поэта... ( Или это только поза?) Хороши бы Вы были - с длинным раздвоенным языком. Неудобно и неэстетично. Однако в Интернете можно разного накликать.
О петербургском характере текстов - не скрою (вот отличное слово, тоже буду употреблять его почаще), кое-что мне напомнило одного молодого человека из Петербурга (в любви нет различий, и Карамзин пишет "законы осуждают"). А Вы-то думали о другом чиновнике из Петербурга...
В Вашем переложении Брюсов звучит едва ли не лучше, чем сам Брюсов.
А если серьезно - хорошо. Некоторые аллюзии повергли меня в смятение. Но я еще посмотрю прищурившись...
Певрое же впечатление -витает (будет витать) - даже вне антуража. Думаю, довлеет.
(Совсем серьезно у меня не получилось.)


у меня тоже не получилось совсем серьезно:)
давайте как-нибудь по телефону поговорим (?)

  • 1